Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

cross-ld

Тайное измерение

Хорошее, интересное эссе Питера Брука, со свойственной для человека искусства художественной образностью представляющего довольно сложные для понимания идеи...
~ • ~ • ~

Хоть и опирающееся твёрдо своими корнями на очень древнюю, утраченную традицию, гурджиевское учение является пронзительно современным. С поражающей точностью оно анализирует человеческое затруднительное положение. Оно показывает, как мужчины и женщины обуславливаются с самого раннего детства, как действуют они в соответствии с глубоко укоренёнными программами, живя от причины к следствию в неразрывной цепи реакций. В свою очередь, эти реакции создают поток образов и ощущений, которые никогда не являются той же реальностью, которой они претендуют быть; они лишь просто интерпретации реальности, скрывать которую им предопределено в их постоянном течении.

Каждый феномен возникает из некого поля энергий: любая мысль, любое чувство, любое телесное движение является манифестацией определённой энергии, но в кривобоком человеческом существе волны одной из этих энергий постоянно раздуваются, непомерно усиливаясь и захлёстывая другие виды энергий. Эти бесконечные качания и броски между мыслью, чувством и телом производят причудливые колебания в серии импульсов, каждый из которых обманчиво утверждает себя в качестве "я": когда одна наша страсть сменяется другой, не может быть ни постоянства намерения, ни подлинного желания, лишь тот хаотический паттерн противоречий, в котором мы все живём, в котором эго обладает иллюзией силы воли и независимости. Гурджиев называет это "Ужас-ситуацией".

Целью его является не уверение нас в чём-то; он озабочен только наиболее беспристрастным выражением истины. И если мы можем найти достаточно мужества, чтобы слушать, он знакомит нас с наукой, которая очень далека от той науки, которую мы знаем.

С начала эпохи Возрождения, наша собственная наука сумела с высочайшей точностью определить детальные процессы и механизмы, управляющие вселенной, от бесконечно больших до бесконечно малых величин. Но её постигла гибельная неудача во всех попытках включить в эти уравнения измерение живого опыта. Она упускает сознание; она не может уловить ни смысл восприятия, ни особый вкус мысли. В высшей степени абстрактная и чисто ментальная система математических символов не способна включить и пробудить ни глубину человечности художественного опыта, ни духовность религии. Как результат, у нас есть две параллельные интерпретации реальности, которые никогда не смогут пересечься: научный язык определений и символический язык восприятия. Поэтому, кажется, что мы вынуждены всегда принимать различные стороны: учёный против гуманиста, неизбежно сталкиваясь с известной с античности дуальностью материи и духа.

Для учёного, сама идея существования "чего-то", что нельзя потрогать, нельзя увидеть, невозможно обнаружить никаким инструментом, изначально неприемлема и вызывает отвращение — для него это может быть лишь неким "мумбо-юмбо", поэтому мы вполне можем понять то нетерпение, с которым он швыряет метафизику и духовность в одну мусорную корзину, вместе с предрассудками. Взамен он предлагает свой, кажущийся вполне когерентным, взгляд на вселенную, где всё развешено вместе на одной нити некой логической последовательности событий, ведущей к приходу одинокой нелепой случайности, именуемой человеком. В этом образе, космос всегда представляется в виде неисчерпаемого, но бессмысленного динамо, а вся энергия становится слепой, бесчувственной силой.

Идея того, что сознание является интегральной частью энергии, что уровень сознания неразрывно связан с частотой вибраций, до сих пор полностью отсутствует в современной науке. В этом смысле, глубочайшая уместность гурджиевской работы заключается в том, что она раскрывает фундаментальные законы, охватывающие "полное поле" смыслов, которым как учёные, так и артисты неизменно следовали на протяжении многих веков. Это позволяет расположить каждый феномен в его взаимоотношении к другим, в соответствии с дополнительным измерением, включающим в общее целое человеческий опыт: это измерение доступно нам в восприятии, мы осознаём его, мы говорим о нём, и в то же время оно остаётся неопределённым — мы называем его "качеством".

Качество — это слово, активно используемое и во многом обесцененное сегодня — можно даже сказать, что слово это утратило своё качество — и в то же время, всю свою жизнь мы живём в соответствии с интуитивным ощущением его значимости, и именно на основе его строится наше мировосприятие и большая часть принимаемых решений. Сейчас стало модным не доверять "оценочным суждениям", хотя мы ценим людей, откликаемся на их присутствие, их чувства, мы восхищаемся их способностями или осуждаем их действия, будь то кулинария, политика, искусство или любовь, в терминах неписаных иерархий качества.

Ничто не иллюстрирует это лучше, чем странный феномен, именуемый искусством, трансформирующий саму природу наших восприятий и раскрывающий в нас чувство удивления, а иногда даже благоговения. Определённые частоты вибраций — цвета, формы, геометрические фигуры, а прежде всего, пропорции — вызывают в нас отклик в виде соответствующих частотных вибраций, каждой из которых имеет определённое качество или вкус. Например, существует некая пропорция внутри прямоугольника, называемая Золотым Сечением, неизменно вызывающая в нас ощущение гармонии — в ней, также как во многих других геометрических фигурах, психологическое переживание неразрывно связано с математическим описанием. Архитектура всегда рассматривала и следовала этому брачному союзу между чувством и пропорцией, а на более интуитивном уровне художник и скульптор также неустанно корректируют и создают более утончённые образы работы, чтобы её грубая внешняя кора позволила проявиться подлинному внутреннему чувству. Поэт просеивает через узоры своей мысли, уделяя внимание тонким указаниям звуков и ритма, исходящих из пространства, стоящего далеко позади обычного кружения слов, которыми наполнена его мысль. Таким образом, он создаёт фразу, несущую с собой новую силу, а читатель, в свою очередь, может ощущать, как его собственные чувства усиливаются, поскольку их энергия трансформируется впечатлениями, которые он получает от поэмы. В каждом случае различие проявляется именно в качестве, производя не случайный результат, а являя собой некий уникальный процесс.

Collapse )
cross-ld

ФУНКЦИЯ, БЫТИЕ И ВОЛЯ — 2

[ Начало темы здесь: Часть 1. Функция. ]

~ • ~ • ~
2. Бытие.
Гораздо труднее говорить о следующем аспекте — о том, чем вещи являются. Есть два пути для подхода к этому. В одном из них мы говорим: «Это то», в другом: «Это не то». Второй из них — это как раз тот подход, которому мы обычно следуем. Он относительно прост и прямолинеен, всё что от нас требуется здесь — давать описания, помогающие нам отслеживать различия, как-то: между человеком и животным, человеком и ангелом, человеком и группой людей, между человеком и его рукой или ногой, etc. Все эти вещи говорят нам о том, чем человек не является. Для того же, чтобы понять, что есть человек, требуется обращение к прямому восприятию или интуиции.

Предположим, пытаясь ответить на этот вопрос, мы говорим, что человек — существо, способное думать, что он обладает определённой продолжительностью жизни и т.п. Здесь мы лишь вновь возвращаемся в мировой процесс и продолжаем говорить о человеке в функциональных терминах. Наши описания и определения вещей говорят нам или о том, что эти вещи делают, или чем они различаются. Но если мы запретим говорить себе таким образом, что же тогда останется от нас? Каким образом мы сможем ответить на вопрос о том «Что есть человек?»

Думаю, в конце концов, мы найдём себя отвечающими на этот вопрос так: «Я понимаю что такое человек; но если вы просите меня дать определение, это как раз то, чего я не могу сделать». И да, это будет правильный ответ. Если мы действительно внимательны и честны, нам придётся согласиться с тем, что реально мы не знаем, что такое человек. Мы можем говорить только о его действиях, внешних качествах, либо поведении.

И в то же время, само слово «человек» имеет явный смысл и означает нечто вполне определённое для нас. Человек так близок и так нам знаком. Мы и сами, вроде бы, должны быть людьми, но нас почему-то не покидает странное, смутное и неловкое чувство, что сами мы как раз людьми не являемся. Мы пытаемся трансформировать это странное чувство в некое осознание того, что же такое есть человек, но в результате всё это сводится лишь к осознанию самого факта: «Я есть человек».

Collapse )
cross-ld

Демоны

То, что сама душа, наше "я" или "самость", должна быть Дьяволом — кого мы обычно зовём "врагом", "противником", "искусителем", "драконом" (и редко по собственному имени) — может казаться поразительным и пугающим, но факт этот — далеко не просто очередное оригинальное утверждение. Если мы продолжим изучение этого вопроса, то легко обнаружим, что в разных видах такое равенство между душой и Сатаной часто провозглашалось и что оно предоставляет нам практически совершенное решение всех тех проблем, которыми обладает "личность" последнего. Оба достаточно "реальны" для всех прагматических текущих целей, где в активной нашей жизни со всяким "злом" надлежит бороться и дуализм противоположностей неизбежен. Но сами по себе они не более являются отдельными "принципами" и не более в действительности реальны, чем темнота, являющаяся ничем иным, как лишением света.

Никто не станет отрицать, что именно внутри нас находится поле битвы, на котором решается конфликт души, где должна вестись борьба до конца. Где ведёт свой бой Христос, там же надо искать и врага его, Антихриста. И вряд ли кто, если отставить в сторону "предрассудки", станет притязать, скажем, на то, что Искушения святого Антония, как изображены они в картине Босха, можно трактовать как-то иначе, чем "проекции" внутренних напряжений.

Как "Герника" Пикассо является зеркалом дезинтегрированной души Европы, также и "ад современного существования", дьявольские рога и жало являются образом наиболее злой твари в самом человеке. Как довольно часто нам об этом говорили древние и современные авторы, слова которых мы никогда не воспринимали достаточно серьёзно: "человек — свой самый злейший враг".

С другой стороны, лучший дар, о котором может просить человек — быть "в мире с самим собой". И действительно, пока он не находится в мире с Собой, вряд ли он может быть в мире с кем-то ещё. Он будет постоянно "проецировать" свои собственные расстройства, создавая образ "врага" — будь то Германия, Россия или евреи — своего "дьявола". Как сказано в послании Иакова: "Откуда у вас вражды и распри? не отсюда ли, от вожделений ваших, воюющих в членах ваших?"

Collapse )
cross-ld

эзотерический Босх — «Сад радостей земных»

 The Garden of Earthly Delights

"Он остановился пред темноватым квадратом, по которому в хаотическом беспорядке разбросаны были странные фигуры фантастически смешанных форм: человеческое соединялось с птичьим и звериным, треугольник, с лицом, вписанным в него, шел на двух ногах. Произвол художника разорвал, разъединил знакомое существующее на части и комически дерзко связал эти части в невозможное, уродливое.
Самгин постоял пред картиной минуты три и вдруг почувствовал, что она внушает желание повторить работу художника, -- снова разбить его фигуры на части и снова соединить их, но уже так, как захотел бы он, Самгин. Протестуя против этого желания и недоумевая, он пошел прочь, но тотчас вернулся, чтоб узнать имя автора. "Иероним Босх" -- прочитал он на тусклой, медной пластинке...
Он сел в кресло и, рассматривая работу, которая как будто не определялась понятием живописи, долго пытался догадаться: что думал художник Босх, создавая из разрозненных кусков реального этот фантастический мир? И чем более он всматривался в соединение несоединимых форм птиц, зверей, геометрических фигур, тем более требовательно возникало желание разрушить все эти фигуры, найти смысл, скрытый в их угрюмой фантастике."
-- Горький. " Жизнь Клима Самгина"


Встретил интересный, весьма убедительный и подробный анализ кода панелей картины, который хорошо демонстрирует, что, несмотря на незаслуженную репутацию мастера непонятной фантастической реальности, в картинах Босха нет ничего случайного.. Можно сказать, что это как раз один из величайших образцов из категории 'объективного искусства'..

Ещё один интересный момент... Все почему-то считают, что сам "сад земных радостей" показан художником на центральной панели, а по бокам представлены картины Рая и Ада. На самом же деле, средняя панель изображает аллегорический мир, имеющий скорее отношение к тому, что в гностики называют "мирами середины". А правая панель картины представляет не образ Ада, как считается, а именно Землю.

Collapse )
cross-ld

Виденье, Поиск и Бытие — Вильям Сигал

~ • ~ • ~

Забудьте обо всём, за исключением того, что находится здесь, сейчас перед вами. Лишь будучи полностью здесь, сможете вы добраться до источника полноты ресурсов вашего организма. Иначе, рассеянность мыслей поглотит все энергии, которые возможно использовать и применить к вашей работе.

Требование быть здесь, удерживая внимание в течение продолжительного периода времени, постепенно рассеивает облака, затмевающие свечение, о котором мы сейчас говорим. Я хотел бы направить себя всецело к настоящему моменту, к работе, находящейся передо мной — включая не только живопись, но и всё остальное. Когда я беру в руки кисть или делаю что угодно, когда я сейчас говорю, я хочу быть полностью здесь, несмотря на постоянно отвлекающие внимание мысли. В этом заключается основной секрет любой хорошей работы.

Лишь в моменты спокойной сосредоточенности можете вы осознать другую жизнь внутри себя.

Collapse )
cross-ld

герой нашего времени

~ • ~ • ~ • ~ • ~

Почему нам не удается использовать или сохранить сокровища каждой предшествующей цивилизации — науку и искусство Египта, философию и религию Индии, мудрость Халдеи, систему личных взаимоотношений древнего Китая? Почему мы не «наследники всех веков»? Откуда это стремление разрушать старое? Почему вместо того, чтобы стать на плечи прошлого, мы должны начинать вновь и вновь возвращаться к состоянию, во многих науках и искусствах более низкому, чем в древности? Почему мы верим и надеемся на "прогресс", когда все вокруг нас является доказательством того, что мы вырождаемся и работаем день и ночь, чтобы произвести силы, которые разрушат даже то, что мы уже построили?

Ответ есть — это Кундабуфер — наше отсутствие воли, наша неспособность сделать любое усилие, чтобы работать над собой. Но это слишком маленькая и несерьёзная вещь для наших «реформаторов».

Наша психика находится под непрерывным прессингом массового внушения — одинаково в любом человеке, будь он белый, коричневый, черный, красный или желтый. Возьмите, к примеру, понимание слова «герой». Вельзевул говорит Хассейну, что герой это тот, кто добровольно берёт на себя ответственность за труд на благо Творения. В этом смысле сам Гурджиев как раз герой такого рода. Он тридцать лет провел в путешествиях по Центральной Азии, Ближнему и Дальнему Востоку, испытывал невероятные трудности, чтобы удовлетворить своё стремление к знанию и пониманию, чтобы открыть и учить людей методу, посредством которого они смогут совершенствовать себя.

До недавнего времени, на планете Земля «героем» был тот, кто наиболее легко попадал под массовый гипноз войны и разрушал жизни наибольшего числа людей. Древние приписывали безумие человека во время войны богам и дьяволам (в Махабхарате и Энеиде, к примеру). В прежние времена война могла быть необходимой для целей природы, но теперь, согласно Вельзевулу, война стала «ужасом ужасов» в великой Вселенной и препятствием божественному плану. Теперь лишь сам человек и его внушаемость ответственны за иллюзию «святости и величия» своих войн.

-- А.Р.Орейдж, комментарии к "Вельзевулу"

~ • ~ • ~ • ~ • ~

"И вот, мой мальчик, такие ужасающие процессы взаимоуничтожения и уничтожения всего, ими до этого уже достигнутого, там происходят наполовину от того, что в те периоды, когда на их общем наличии сказывается действие космического закона «Солиуненсиуса», помимо уже упомянутой потребности к «свободе» в них, с одной стороны, автоматически уменьшается интенсивность действия того сделавшегося уже присущим их общему наличию данного, которому свойственно постоянно порождать импульс «робости» перед «власть-имущими», а с другой стороны, возрастет интенсивность действия того упомянутого странного существенского данного, которое вызывает «ненависть» в отношении, в данном случае, существ принадлежащих к другим «кастам».

-- Гурджиев, "Рассказы Вельзевула своему внуку", гл. 34, "Россия"


cross-ld

четвертый путь

Как писал Дж.Г.Беннет о загадочных словах Гурджиева, из последней беседы с ним, о судьбе работы, начатой ещё в Туркестане на созданном им четвертом пути:

"Запомните что я сейчас скажу. Начало в России, конец в России".

Не видел прочие передачи "Суть времени" Сергея Кургиняна, но с неким тревожным дежавю посмотрел запись 4й передачи. Убедительно и узнаваемо по отношению к анализу нынешней ситуации, про миры постмодерна, модерна и контрмодерна, также как об отсутствии в них реального места России, и о "четвертом проекте", который она могла бы дать миру.

Collapse )
cross-ld

"Nevermore" или Эдгар По о сознательном творчестве


Хорошая заметка sozer_zatel "Ворон" Эдгара По...".
Вместе с аудиозаписью поэмы, понравился ещё и разбор её самим автором: Эдгар Алан По <Философия творчества>.
(хотя, со слов жены, статья ей немного напомнила мышиную лекцию для просушки из "Алисы в стране чудес" =)

Наверное, это ещё не объективное искусство, но безусловно хороший пример, демонстрирующий сознательный подход в творчестве.

"В подлинном искусстве нет ничего случайного. Это математика. В нём всё можно вычислить, всё можно знать заранее. Художник знает и понимает, что ему нужно передать, и его работа не может произвести на одного человека одно впечатление, а на другого - другое, при условии, конечно, что оба они - люди одного уровня. Она с математической точностью производит одно и то же впечатление.

"Разница между субъективным и объективным искусством заключается в том, что в объективном искусстве художник действительно "творит", т.е. делает то, что намерен сделать, вкладывает в свою работу те идеи и чувства, которые желает в неё вложить. И действие такого произведения искусства на людей бывает абсолютно определённым: они воспримут (разумеется, каждый в соответствии со своим уровнем) одни и те же идеи, одни и те же чувства, а именно - те самые, которые художник хотел им передать. Ни в творениях, ни во впечатлениях объективного искусства нет ничего случайного.

"В субъективном же искусстве всё случайно. Как я уже сказал, здесь художник не творит; у него "нечто создаётся". Это значит, что он находится во власти идей, мыслей и настроений, которых сам не понимает и над которыми не имеет никакой власти. Они управляют им и воплощаются в разных формах. И когда они случайно приняли ту или иную форму, эта форма столь же случайно оказывает на человека то или иное воздействие в зависимости от его настроений, вкусов, привычек, природы гипноза, под которым он живёт, и так далее. Здесь нет ничего неизменного, ничего определённого. В объективном же искусстве нет ничего неопределённого".

- Не исчезнет ли искусство, если оно станет совершенно определённым? - спросил кто-то из нас. - Разве некоторая неопределённость и неясность не является как раз тем. что отличает искусство, скажем, от науки? Если вы уберете эту неопределённость, если вы устраните тот факт, что художник сам не знает, что у него получится, какое впечатление его работа произведёт на людей, тогда это будет "литература", а не искусство.

- Не знаю, о чём вы говорите, - сказал Гурджиев. У нас разные стандарты: я измеряю ценность искусства его сознательностью, а вы - его бессознательностью. Мы не можем понять друг друга. Произведение объективного искусства и должно быть "литературой", как вы его называете; единственная разница в том, что художник передаёт свои идеи не прямо через слова, знаки или иероглифы, а через некоторые чувства, которые он сознательно и определённым образом возбуждает, зная, что именно и почему он делает.

П.Д.Успенский, "В поисках чудесного"