May 23rd, 2016

cross-ld

Ожидания, Будущее и Миры — 3

Заключительная часть второй темы беннеттовской серии "Путь к свободе", начало здесь...

~ • ~ • ~

Важно также уметь различать, когда мы выходим из сферы действия "причины и следствия", где расчёты уместны, в другие области реальности, где они неприменимы. Почти всё из того, что называется психическими явлениями, представляет из себя некие простые события, принадлежащие не очень высокому, но другому миру, обладающему некоторой свободой. Поэтому все научные попытки разобраться с психическими феноменами, по сути, являются абсурдными, поскольку важное отличие этих явлений как раз в том, что они не обладают предсказуемостью в материальном мире.

Точно также абсурдно трактовать и наше общение друг с другом как нечто предсказуемое. С поражающей очевидностью, это особенно заметно в сфере высокоорганизованных средств коммуникации. Например, работники масс-медиа свято верят, что обладают властью, способной контролировать мировое мнение. Им кажется, что только у них есть доступ к интересным историям, которые могут стать популярными лишь если будут опубликованы. На самом деле, очень многое становится известным через устные пересказы. Людям всегда интереснее, что делают другие и что они для себя нашли. Подобные рассказы значат гораздо больше для них, чем любая форма обезличенного представления, какой бы утончённой и изощрённой она ни была.

Гораздо больше людей заинтересовываются этой Работой через других людей, чем любыми другими способами. Большинство из тех, с кем вы сможете поговорить об этом — или по крайней мере половина — скорее заинтересуется, чем нет. Поэтому вопрос того, надо ли проявлять инициативу в разговоре или лучше ждать, пока человек не спросит сам, является важным и неоднозначным. Гурджиев был очень настойчив в том, что мы должны говорить о Работе "во время и не во время" (слова апостола Павла в отношении проповеди Евангелия). Люди обычно смеялись над этим, Гурджиеву же подобный смех не нравился. Я думаю, что он подразумевал это вполне серьёзно: например, носить с собой "Рассказы Вельзевула", чтобы читать их в поезде, в кафе, в залах ожидания и так далее.

То, как люди собираются вместе вокруг этих идей, само по себе очень интересно. Здесь, вероятно, существует некое подобие неорганизованного братства, строящегося на определённой внутренней близости. Невозможно установить какое-либо правило, что мы реально должны делать в этом отношении. Когда я впервые вошёл в контакт с этой Работой и мы пытались собрать людей вместе, я был одним из тех, в чью задачу входило общаться с людьми в любое время и в любом месте, приводя их с собой на лекции и встречи. Это было нашей ролью на том этапе. Хотя в этом отношении всегда существует опасность испортить Работу для других. Особенно наглядно и заметно это может проявляться, когда человек пытается привлечь к ней детей. Даже если они обладают необходимой психокинетической природой, они могут при этом проявлять сильную подозрительность на уровне личности. Я хорошо помню, как это было с Лёней, внуком мадам Успенской. У него было очень сильное стремление к Работе, но в то же время он постоянно насмехался и издевался над вовлечёнными в неё людьми, говоря: "Эти идиоты, бегающие за моими дедушкой и бабушкой… они же не понимают совершенно ничего; они просто идиоты". Все попытки заинтересовать его реальной Работой лишь отвращали его от неё всё больше и больше, пока не привели к трагическому концу (хотя с его сестрой всё оказалось совершенно по-другому).

Collapse )